loki_0 (loki_0) wrote,
loki_0
loki_0

Categories:

Риторика веры, или разъяснение земным языком небесных замыслов в XVв.


XV век в Европе - то время, когда всё большее количество людей светских начинает вслух и письменно размышлять о духовном - на свой, светский манер. До этого темы эти во многом оставались монополией авторов церковных, хоть в поэзии, хоть в прозе. Одновременно вся эта осень средневековья порождает типичный для таких эпох феномен: изысканное увядание, - и, как следствие, особое внимание к форме. Не сказать, что раньше французская поэзия к форме был невнимательна - в каком-то смысле она именно из формы состояла чуть менее, чем полностью, - но тут прямо какой-то апофеоз. Сложные сочетания, вычурные формулировки, причудливая рифмовка, второй смысл позади первого, но перед ещё тремя другими - это то, на чём строилась поэтика самой знаменитой тогда поэтической школы, "великих риториков"; а ведь она была далеко не единственной. Получались иногда удивительные вещи.
Вот​ Жан Лемэр де Бельж (Jean Lemaire de Belges, 1473-1524) - племянник Жана Молине, выросший в Валансьене под крылом дяди, и один из "великих риториков". Лемэр де Бельж пользовался покровительством Маргариты Австрийской и Марии Бургундской, проведя при бургундском дворе около десяти лет. Поэт успел побывать официальным историографом бургундского двора, унаследовав должность от дяди, и французского двора, при Людовике XII - но умер в нищете, как и было в те времена положено людям не самых знатных кровей и не заслуживших себе пенсиона каким-то иным, не поэтическим делом.
Жан Лемэр считается первым, кто говорил о валлонском как о самостоятельном языке - но сам писал на нормативном французском, - он же ввёл в французскую поэзию терцины. Литературное наследие огромно: как проза, так и объёмные аллегорические и риторические поэмы. Самое масштабное его прозаическое произведение - «Просияние Галлии и величие Трои», мифологизированная история Франции, производная от деяний античных героев. Поэтическую известность Лемэру обеспечили прежде всего его аллегорические поэмы «Маргаритина корона» и «Письма зелёного возлюбленного». Риторическая сложность и изысканность обоих произведений считалась непревзойдённой.
На русский, конечно, всё это не переведено, ну да лиха беда начало.


Жан Лемэр де Бельж.​ Наш век

Наш век недолог — он сродни цветкам,
Чьим лепесткам грозит паденье скоро:
Проворно время всех ведёт к слезам,
И, видно, нам не минуть приговора.
Порыв задора — шаткая опора,
Затянет споро самый лучший мёд
И плесенью, и ядом в свой черёд.

Уходят силы, никнет красота:
С утра чиста, нежна и ярко-ала,
К закату роза чахлая желта.
Нам суета, а Богу дела мало,
И жди финала там, где есть начало.
Пора настала избегать забав,
Лилей и роз, и парков, и дубрав.

Посадим в глубине своих сердец,
Там, где багрец журчит неугомонный,
Лишь три цветка, достоинства венец,
К ним благ Творец, они к тоске не склонны,
Презрев препоны, и во все сезоны
Душе законы дарят по заветам -
Цветы зовутся Троицыным цветом.

Один — бутон до неба вознесёт,
Под Божий свод, колонною в соборе,
Другой корнями в сердце прорастёт,
Их переплёт — оградою от горя,
А третий вскоре, двум собратьям вторя,
От разной хвори будет нас лечить -
Господь нам волю дал все три сличить. *

И первый обернётся вспять проворно,
Крепя упорно прошлые года.
Второму настоящее покорно,
И благотворна новых лет чреда:
Храни всегда нас третий от вреда!
Уйдёт беда, и жизнь легка и ясна,
Коль мыслишь с троецветием согласно.

Нам лепестки — эгида и заслон:
Руном пленён, и снаряжён как надо,
Ему бы позавидовал Ясон -
Щит укреплён, его плела Паллада,
А Благость рада, это ей награда,
Узор — отрада глазу, вечно нов:
На поле золотом — лазурь цветов.

Сокрыта доблесть в цвете золотом,
Как окоём лазурь цветов небесна,
Во славу Троицы их три числом,
В щите самом нам сердце зреть уместно,
Что рвётся честно к чести, как известно,
Но бессловесно примет Божий суд,
Где праведно казнят или спасут.

Разнообразны Флоры порожденья -
Жонкиль в цветенье, маки, ноготки,
Но лишь фиалки — высшее творенье,
Как мановенье Божией руки.
Цветы легки, но, ветрам вопреки,
Они крепки, и буря не склоняла
Благой любви Господней три фиала.

И кто бы их воспеть ни пожелал,
Ни отыскал значения иного,
Пусть тратит осторожнее запал:
Что б ни сказал благого иль дурного,
Лазурь готова мыслию сурово
И златослова вмиг окоротить:
Помыслив трижды - можно говорить.

И этот щит, сияньем золотой,
Перед собой держали непреклонно
Князья и рыцари, любой герой
Идя на бой, - возьмём хоть Сципиона.
Исконно добродетели корона
И листьев крона осеняет нас -
Живём надеждой, чтоб Господь упас.

________________________________________________
* Три цветка - Вера, Надежда, Любовь.

Или вот ещё Мартен Лёфран (Martin Le Franc, 1410 - 1461), которого весьма сведущие в теме французские филологи XIX века, когда все эти сокровища и вскрылись после трёхвекового забвения, числили в ряду первых трёх поэтов пятнадцатого столетия - наряду с Вийоном и Карлом Орлеанским. Автор и для современников очень заметный, популярный и влиятельный. Недостаточная известность Лёфрана сегодня объясняется как обычно: его основное и очень яркое произведение, поэтическая энциклопедия того времени Le Champion des dames насчитывает 24000 строк. Есть и произведения покороче - на 10000 строк, и даже на 500. 
Мартен Лефран почти всю жизнь служил Савойскому двору, и был одним из самых доверенных лиц папы-схизматика Феликса V (в миру - Амедея VIII Савойского). Пенсион, кажется, заслужил.
Писал же примерно так:

* * *
​ Лихой Геракл, отчаянный храбрец,
Моря исплавал из конца в конец,
Взыскуя славы.
Но и бесстрашный доблестный боец
На бездну вод не отыскал управы,
И почитал угрозою голец -
Хоть для забавы
На берегу шутя крушил державы.

Чудовищ многократно побеждал,
Львов свежевал, гигантов наповал
Легко разил,
Отвагой крепок, доблестью не мал, -
Всегда хватало для победы сил,
Чего хотел — в два мига достигал,
Но водный вал
Увидел — и назад поворотил.

Он показал, что мудрости немного
В том, кто идёт, коль кончилась дорога,
Кто в должный срок
Не повернул, когда пришла тревога,
Причалить к доброй пристани не смог.
Увидев два вздымавшихся отрога,
Признав порог,
Благоразумья всем он дал урок.

Так будет же наукой сей пример
Для тех, кто высоту небесных сфер
Берёт нахрапом, -
И в пропасть упадает маловер,
Когда он Господа клянёт сатрапом,
Кричит, что Бог ленив и лицемер, -
Ох, лучше б с кляпом
Общался в злоязычьи сиволапом.

Господня воля глубины полна,
И в этой бездне нет и вправду дна.
Постой у края,
Не рвись во тьму, запутает она -
Нам всё узнать придёт пора иная.
Проси опоры: тяжкая волна
Снесёт, играя,
Тут не проплыть на бурю невзирая.

Творец нас создал не для подражанья,
Ты сотворён Им лишь для обожанья,
Цени щедроты.
Людским умом внять мира содержанье?
О, нет! Исполни долг. Прими заботы,
А Замысел постичь — пустое тщанье,
И желтороты
Все, кто взыскует смысл Его работы.

Сей Замысел — не море, не поток,
Не бездна: неизведанно глубок,
Вмещает он
Бесчисленность, - не подвести итог.
И человек заране обречён,
Когда он забывает свой шесток,
И пустозвон
Стремится Божьей воли внять резон.

Гадай о том, что в целом постижимо,
Препятствие сие неустранимо:
Упорствуй в вере,
Что в тайне вечной многое хранимо,
Один Господь всевластен в этой мере,
Не в помощь тут ни Библия, ни схима,
Прими потери:
За Божьим замыслом закрыты двери.



Или так:

* * *
​ Дневная тьма,
Пиров сума,
И этот каторжный покой:
Ко мне шершавой стороной,
То, что иным — Любовь сама.

Мечты чума,
Боль задарма,
И как о помощи не вой -
Дневная тьма,
И речь нема.

Листве — зима,
Цветок язвит меня пчелой,
Таков досуг любовный мой,
И утешеньем для ума -
Дневная тьма.


Tags: moyenageux, Переводы, ликбез
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments