loki_0 (loki_0) wrote,
loki_0
loki_0

Categories:

О.Уайльд, Сфинкс

О.Уайльд


Сфинкс


Марселю Швобу,
в дружеском восхищении




Как если б там была всегда, в углу, где дымом тьма слоится,
Следит за мною женольвица - прекрасна, сдержанна, горда.

Её ничто не шелохнёт, она взирает без движенья
На лун серебряных круженье и солнц лучистый хоровод.

Багрец отогнан синевой, смят лунный свет ночным агатом -
Безмолвен Сфинкс: молчит с закатом, и днём не шевельнёт главой.

Уходит за зарёй заря, ночь меряет свой век часами,
Но что они перед зрачками индиго с блеском янтаря!

Улыбка - фреской на губах, лишь по спине густопесчаной
Струится дрожь волною странной и мех ерошит на плечах.

Иди сюда, мой мажордом! Скорей девичьей, чем звериной
Порадуй грацией старинной, достойной праздничных хором!

Иди сюда, мой Сфинкс немой, склони главу мне на колени
И потянись в блаженной лени, урча под ласковой рукой.

Коснуться дай твоих когтей с их желтизной словновокостной,
И хвост погладить смертоносный, обвивший лапы, словно змей.

Ты помнишь тысячу веков, а лишь двадцать лет жалею
Что за осеннюю ливрею отринуть зелень год готов.

А ты вблизи познала миф — иероглифы обелиска,
Звенящий клёкот василиска, простор, где кружит гиппогриф!

Осирис был не при тебе ль омыт исидиной слезою?..
А то, как предалась герою царица, пив жемчужный хмель -

И очарованный бахвал, не ждав тщеславию укола,
Из средиземного рассола небрежно рыбу доставал?

Не при тебе ль Киприда шла за Адониса катафалком?
Неслась тебе ли с Аменалком в Гелиополисе хвала?

Ты знала Тота? Помнишь стыд и стоны Ио лунорогой?
Твоей ли славились подмогой цари посмертных пирамид?

Даруй мечтательный покой в глазах с тяжёлой синевою!
Приластись, ляг передо мною, воспоминанья мне пропой!

Спой, как во тьме уведены Младенец и Святая Дева
Тобой от иродова гнева, в тишь фараоновой страны.

Спой мне, как в томной духоте, вдыхая Нила испаренья,
Ты грезила, сливаясь с тенью, об Антиноя наготе,

Про сушь во рту, про липкий мех, про то, как нёбу стало жарко,
И златовёсельная барка вдаль унесла эфебов смех.

Спой, как могучий полубык по Лабиринту мчался гулко,
Спой, как безлунная прогулка наткнулась на щемящий крик -

Крыла кровавые простёр парящий ибис над тобою,
И с воем изошли росою чумные поры мандрагор,

И как священный крокодил с лениво-мутными глазами
Отплакал жертву жемчугами и вглубь неспешно заскользил,

Как заклинатели тебя визгливым песнопеньем злили,
Ты змей терзала в гневном пыле, их плоть когтями теребя!

Но кто любил тебя, скажи? Кто бился за тебя с другими?
Чьё сладострастьем полно имя? Чьи ласки до сих пор свежи?

Склонялись ящеры, ответь, величественно бронекожи?
Твоё истоптанное ложе грифоньих перьев знало медь?

Иль влажный оседал туман с гиппопотамовым дыханьем?
Златочешуйчатым мерцаньем дракон манил, от страсти пьян?

Тобою ли порождены, ликийским ужасом зачаты,
Многоголовы и косматы, его кошмарные сыны?

Иль отвернувшись от самцов, и тайн постыдных вожделея,
Встречала дочерей Нерея, и негу призрачных сосцов?

Иль покрывалась пеной мгла, когда у края океана
Искала ты Левиафана? Иль Бегемота ты ждала?

Или когда закат темнел, под пальмой приютив усталость
Ты чернотою упивалась и силой эфиопских тел?

Когда по глади нильских вод судёнышки скатились в тени,
Летучей мыши мановений вдохнул храмины гулкий свод,

Не ты ли тешила свой жар, нырнув в озёрные глазницы,
Презрела вечные гробницы, чтоб там устроить лупанар,

Царей раскрашенных подняв из безразличья саркофага?
Или вкушал срамные блага лишь полнорогий трагелаф?

Иль был тобой любим Ваал - бич иудеев, бог мушиный?
Иль для тебя, не для мужчины, во взоре Баст берилл сиял?

Иштар покорный, не с тобой ли нежен был властитель Тира?
Иль ассирийского кумира с ястребоклювой головой

Пленяла, пленена сама слюды прозрачным переливом
Игравшим в перьях прихотливым узором тонкого письма?

Могучий Апис робко дар нёс не тебе ль, непостоянной,
С охапкою травы медвяной - медвяноцветный ненюфар?

Иль пуст улыбки тайный зов, удачи не было влюблённым?
Но нет, ты возлегла с Амоном на ложе нильских берегов!

Речных коней трубящий глас и рык приветный леопарда
Сливались с ароматом нарда, струящимся с речных террас,

Как царственный хеландион, сирийским просмолён гальбаном,
Одетый водяным туманом ступал по отмелям Амон.

Через пески держал он путь, чтобы восстав на небосклоне
Вместить в несытые ладони твою чёрнозлатую грудь.

Губами рот сожжён дотла, но покоренье богу мило -
Ты с ним высокий трон делила, и тайным именем звала,

Пророчеств сумеречный яд лила в ушей его пещеры,
Взывая к мраку дикой веры и крови жертвенных козлят.

С Амоном возлежала ты, и Нил вам был опочивальней!
И с каждой лаской - триумфальней твои рельефные черты.

Полдневную давали тень объятий мраморные своды,
И он, умасленнобородый, сверкал сиятельней, чем день,

И солнечных его волос на семь локтей простёрлись ленты,
Как искристые орпименты, что курд прижимистый привёз,

И цвет его лица нежней, чем сусло с юной винной пеной,
И синевою сокровенной глаза сапфирнее морей,

И шея молоком бела, с ажурных жилок бирюзою,
Жемчужной шитые росою шелка вздымались, как крыла,

И вышнего сиянья свет слепил — на боге белогрудом
Лучился ярким изумрудом гранёный морем самоцвет,

Луной самою порождён, добыт в урочище колхидском
В глубоководном иле склизком, и волховицей сбережён.

Пред колесницей золотой нагие корибанты пели,
И барку проводил сквозь мели слонов почтительнейший строй,

И чёрный строй нубийцев стал живой опорой балдахину,
Что на гранитную стремнину плыл в окруженьи опахал.

Купцы Сидона в дар вели суда с тяжёлым стеатитом,
И полыхали хризолитом те кубки, что ему несли,

И чтили тирские купцы его кедровыми ларцами,
А в свите мерялись венцами царственнородные юнцы.

Пять тысяч выбритых голов и день, и ночь поклоны били,
Пять тысяч ламп ему кадили, — теперь в святилище богов

Снуют меж рукотворных скал одни песчаные гадюки -
Умолкли славословий звуки, и мрамор обелисков пал!

У гнилью траченых ворот ютится выводок шакала,
У портиков разбитых вяло ведут сатиры хоровод,

На груде крашеных камней лишь гамадрил, питомец Гора,
Бормочет и следит, как споро крушит ступени рост корней.

И бог разбросан тут и там — барханом одиноким скрыта,
Рука колосса из гранита ещё взывает к небесам,

И то и дело караван, ведомый гордо негром статным,
Перед затылком необъятным застынет, страхом обуян,

И, проезжая меж руин, всю силу твоего искуса
И твердь плеча из-под бурнуса оценит старый бедуин.

Ступай, на пустоши глухой обломки собери прилежно,
И воссоздай любовью нежной того, кто страстью был самой!

Ступай, омыть их поспеши вечерней тёплою росою,
Сложи того, кто был с тобою, и камень оживёт в тиши!

Увядший слух его буди! Он так алкал тебя, ну, что же -
Пусть нардом снова пахнет кожа, пусть вьётся шёлк с его груди,

Чтоб губ очнулось естество, и плеч былая стать воскресла,
И пурпур облегал бы чресла, и бок, и лядвеи его!

Единственный поныне Бог себя легко убить позволил,
И кровь, копьём пронзённый, пролил, и испустил последний вздох.

Но те, любовники твои, все живы — у своей заставы
Анубис ждёт еще псоглавый в преддверьи тёмной кисеи,

И Мемнон, свой высокий трон храня присутствием бессонным,
К тебе взывает горьким стоном, рассветом жёлтым озарён.

Отбросил изобилья рог ленивый Нил, и мутным водам
С твоим нечаянным приходом наступит разливаться срок.

Любовники твои живут! Услышав голос твой — воспрянут,
И радостно в цимбалы грянут! Зачем ты остаёшься тут?

Пусть ветер вскинет паруса, пусть лошади зайдутся в пене!
Вернись в Египет, хватит лени! Наскучит идолов краса -

Преследуй гривистого льва в пустыне терракото-медной,
И в схватке быстрой и победной на тело предъяви права,

И, отлюбивши чужака, сомкни клыки на горле пряном,
Хлеща хвостом в азарте пьяном свои латунные бока.

Иль тигра яркого пленись повадкою угольно-рыжей,
И следом, в радости бесстыжей, фиванскими вратами мчись,

И предавайся с ним любви, изведай нутряное пламя -
Но халцедонными когтями сомни, и грудью раздави!

Довольно медлить, ну же, прочь! Своим молчанием надменным,
И взором стыло-неизменным меня напрасно не морочь!

Твоё дыхание свечу пугает силой подземельной,
И влаги холодно-смертельной на лбу я больше не хочу!

Твои глаза двойной луной в зеркальном отраженьи блещут,
Язык багровый твой трепещет кровавокожею змеёй,

Твой зев чернеется пятном, прожжённым в старом гобелене,
Твой пульс в угрюмой кантилене манит ночные тени днём.

Иди! Звезды сернистый свет истает скоро на закате!
Иди! В полуночном агате отыщешь полумерклый след!

Вон, к башне серо-золотой восток дрожащий льнёт в тумане,
Слезит алмазных окон грани сквозь мутно-облачный настой.

Но что за бешеный поток обвил тебя в своём круженьи,
Дал опийному сну движенье, и в комнату мою привлёк?

Кто твой порочный проводник, невидимый и безъязыкий,
Что огонёк увидел зыбкий, и в дом непрошенным проник?

Мои чумнее вереда, и больше нет ни в ком изъяна?
Иссохли Фарфар и Авана, коль в жажде ты пришла сюда?

Изыди, прочь! И забирай соблазна запах бестиальный,
И свой призыв маниакальный в чужой, не мне суждённый рай,

Свой запах томного лганья, призыв к страстям самозабвенным -
С его ножом окровавленным и Аттис был целей, чем я.

Блазнящий Сфинкс, проклятый зверь! Иди, со стариком Хароном
Дождись меня за Ахероном, я понесу мой крест потерь:

Следя за хороводом бед, наверно знать - слеза напрасна,
И души гибнут ежечасно — и знать, что в этом смысла нет.



Оригинал


Tags: Переводы
Subscribe

  • Эксперимент в жанре адаптации

    Волга (вариации на тему «Луары» Керваля) Сегодня Волга умерла - Её по пьяни, не со зла, С баркаса уронили в ерик: Лихой оборванный пижон И не таких…

  • Гендерная нейтральность по-русски

    (Из жизни) - ...А он такая говорит: "Да я и не собиралссь это делать".

  • (no subject)

    Удалось, наконец, перевести популярную в некоторых кругах фразу. Оригинал (высокий интеллигентский): Делай, что должно, - и будь, что будет. Перевод…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments